Changes in the Biophysical Parameters of the Skin Barrier in Pressure-Prone Areas in Patients with Limited Mobility During Early Post-Stroke Rehabilitation: Clinical Case Reports

Full Text

НАЗВАНИЕ СТАТЬИ

Динамика биофизических параметров кожного барьера в зонах риска давления у маломобильных пациентов раннего восстановительного постинсультного периода: клинические случаи

АВТОРЫ

Д.И. Воробьева^1,2, Т.А. Гайдина^1,2, А.С. Дворников¹

ОРГАНИЗАЦИИ

^1 «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова», Москва, Россия

² «Федеральный центр мозга и нейротехнологий», Москва, Россия

 

 

ОБОСНОВАНИЕ

Повреждения кожи, связанные с давлением, остаются одной из значимых клинических проблем у маломобильных пациентов после инсульта [1]. Тогда как сам инсульт сохраняет высокую медико-социальную значимость как одна из ведущих причин смертности и инвалидизации [2], рост числа состояний, ассоциированных с ограничением мобильности, сопровождается увеличением потребности в реабилитации [3]. Ограничение подвижности может повышать риск не только повреждений кожи, связанных с давлением, но и нарушений барьерной функции кожи, ассоциированных с длительным воздействием влаги, а также с трением и сдвигом [4], что обосновывает необходимость регулярной оценки состояния кожи и своевременных профилактических вмешательств [5].

У маломобильных пациентов, в том числе в постинсультном периоде, помимо повреждений кожи, связанных с давлением, могут развиваться и другие кожные нарушения, связанные с воздействием влаги и изменением локального микроклимата кожи, включая дерматит, связанный с недержанием, и интертриго [4]. Риск нарушения кожного барьера в этой группе определяется сочетанием длительной иммобилизации, отсутствия разгрузки зон риска, механической нагрузки в виде давления, сдвига и трения, колебаний влажности кожи и нарушений микроклимата, а также нутритивных нарушений [5]. Такое сочетание факторов создает предпосылки для ранних функциональных изменений кожи и подлежащих тканей, возникающих до появления отчетливых визуальных признаков повреждения [6]

Клинические исследования подтверждают высокую распространенность поражений кожи у пациентов с инсультом. В проспективном исследовании Yi-Sin Wong et al. поражения кожи были выявлены у 56,7% пациентов с ишемическим инсультом, при этом у 25% были диагностированы повреждения кожи, связанные с давлением [7]. Наличие кожных поражений у пациентов с острым ишемическим инсультом ассоциировалось с увеличением продолжительности госпитализации и менее благоприятным функциональным исходом к моменту выписки [7]. Эти данные подчеркивают клиническую значимость раннего выявления пациентов с высоким риском повреждения кожи и своевременного начала профилактических мероприятий [7].

В клинической практике широко используются стандартизированные шкалы оценки риска развития повреждений, связанных с давлением, включая шкалы Norton (1962), Waterlow (1985) и Braden (1987), хотя их клиническая полезность остается предметом дискуссии [8]. Надежность данных об их прогностической точности и клинической эффективности остается ограниченной вследствие недостатка высококачественных доказательств, а убедительные данные об их влиянии на частоту развития повреждений кожи, связанных с давлением, отсутствуют [9]. Кроме того, стратификация риска и раннее выявление уже развивающихся изменений кожи и подлежащих тканей представляют собой разные клинические задачи [9]. Даже при визуально интактной коже могут присутствовать ранние изменения подлежащих тканей, предшествующие клинически явному повреждению, а инструментальные методы потенциально позволяют выявлять их до появления выраженных визуальных признаков [10].

Согласно действующим клиническим рекомендациям, профилактика повреждений кожи, связанных с давлением, должна основываться на структурированной оценке риска и комплексной оценке состояния кожи и тканей [5]. Для каждого пациента группы риска рекомендуется индивидуализированный план профилактики, включающий репозиционирование, нутритивную поддержку, применение противопролежневых поверхностей и уход за кожей [5]. Особое значение имеет контроль микроклимата кожи, поскольку длительное воздействие влаги нарушает барьерную функцию кожи, повреждает структуру ее поверхностных слоев, увеличивает коэффициент трения и тем самым повышает уязвимость кожи к действию трения и сдвига [4]. Поскольку патофизиология повреждений кожи, связанных с влагой, носит многофакторный характер, микроклимат следует рассматривать как важный модифицирующий фактор, способный существенно влиять на состояние кожи и ее устойчивость к внешним механическим воздействиям [4].

Для объективной оценки состояния кожного барьера могут использоваться методы инструментального мониторинга, в частности корнеометрия, отражающая степень гидратации рогового слоя эпидермиса. По данным систематического обзора Wilson et al. (2023) [11], измерение гидратации кожи рассматривается как потенциальный инструмент раннего прогнозирования повреждений у взрослых пациентов группы риска развития повреждений кожи, связанных с давлением, однако неоднородность опубликованных результатов не позволяет считать показатель корнеометрии универсальным самостоятельным маркером [11]. Поэтому интерпретация этого показателя требует сопоставления с клиническими данными и другими характеристиками кожи [12]. Инструментальные измерения параметров кожного барьера применяются в исследованиях кожи на протяжении десятилетий, а в последние годы все чаще используются в исследованиях микроклимата кожи и профилактики повреждений, связанных с давлением [12]. При этом корректность интерпретации таких показателей зависит от стандартизации протокола измерений [12].

Вместе с тем клиническая применимость инструментального мониторинга гидратации кожи для раннего выявления повреждений, связанных с давлением, остается не до конца определенной [11]. Доступные данные получены преимущественно у взрослых пациентов группы риска в целом [11], поэтому их переносимость на условия ранней постинсультной реабилитации требует дополнительного клинического уточнения. При этом методологические аспекты инструментальных измерений параметров кожного барьера в области крестца и пяток, включая стандартизацию условий исследования и оценку ошибок измерения, уже описаны [12], а изменения структурных и функциональных параметров кожи в этих зонах при механической нагрузке изучались в клинических исследованиях [13].

В связи с этим серия клинических наблюдений представляется целесообразным и практически значимым, поскольку позволяет продемонстрировать клиническую осуществимость персонализированного динамического мониторинга состояния кожи у маломобильных постинсультных пациентов, уточнить возможные индивидуальные траектории изменений биофизических параметров кожного барьера в зонах риска давления и показать, каким образом такие данные могут дополнять стандартный клинический осмотр и фотодокументацию в условиях стационара.

ОПИСАНИЕ СЛУЧАЕВ

О пациентах

Одноцентровая проспективная серия клинических наблюдений включала трёх пациентов раннего восстановительного периода инсульта с выраженным ограничением подвижности и высоким риском нарушения кожного барьера. Степень функциональной зависимости оценивали с помощью индекса Бартел; в наблюдение включали пациентов с показателем ≤ 60 баллов. Окончательное отнесение к группе высокого риска проводили на основании совокупности клинических факторов, включая выраженную маломобильность, зависимость от ухода, наличие медицинских устройств, сухость кожи, нарушения питания, недержание, сахарный диабет и иные состояния, способные ухудшать тканевую перфузию и барьерную функцию кожи.

В группу наблюдения вошли двое мужчин и одна женщина в возрасте 55, 30 и 73 лет соответственно. Пациенты относились к группе высокого риска, однако различались по возрасту, типу инсульта, степени функциональной зависимости, нутритивному статусу, сопутствующим заболеваниям и особенностям распределения механической нагрузки. Это позволило выделить три клинических профиля риска: преобладание длительного постоянного давления, асимметричной механической нагрузки и трофической уязвимости тканей.

Клинический случай 1

Пациент М., 55 лет, поступил на этап стационарной реабилитации после геморрагического инсульта. По данным медицинской документации, остро развились слабость в правых конечностях и дизартрия; при нейровизуализации была выявлена таламическая гематома слева с прорывом в желудочковую систему. В дальнейшем течение заболевания осложнилось угнетением уровня сознания, необходимостью искусственной вентиляции лёгких, трахеостомией, инфекционно-воспалительными осложнениями и двусторонним флеботромбозом нижних конечностей. На момент перевода в реабилитационное отделение пациент находился в состоянии хронического нарушения сознания, был полностью зависим от ухода; индекс Бартел составлял 0 баллов, показатель по модифицированной шкале Рэнкина — 5 баллов. Кожный покров был сухим. Питание осуществлялось через назогастральный зонд, мочеотделение — по уретральному катетеру; сохранялась трахеостома. Дополнительными факторами риска нарушения кожного барьера являлись ожирение I степени, впервые выявленный сахарный диабет и высокая зависимость от ухода.

Клинический случай 2

Пациент Л., 30 лет, находился на этапе стационарной реабилитации после ишемического инсульта в бассейне левой средней мозговой артерии, перенесённого с выполнением тромбоэкстракции. Клиническая картина характеризовалась выраженным неврологическим дефицитом, включавшим правосторонний гемипарез, выраженные речевые нарушения и дисфагию, требовавшую энтеральной поддержки через назогастральный зонд. Дополнительным фактором, осложнявшим коммуникацию, являлось наличие трахеостомической трубки. При этом уровень сознания оставался ясным: пациент был доступен контакту, частично понимал обращённую речь и выполнял простые инструкции. Мочеотделение осуществлялось самостоятельно. По данным функциональной оценки, пациент сохранял выраженное ограничение самостоятельной двигательной активности, однако была возможна вертикализация с поддержкой; показатель по модифицированной шкале Рэнкина составлял 3 балла, индекс Бартел — 45 баллов. Асимметрия неврологического дефицита могла способствовать неравномерному распределению механической нагрузки.

Клинический случай 3

Пациентка Б., 73 лет, находилась на реабилитационном этапе после тяжёлого геморрагического инсульта правого полушария. В анамнезе имелись артериальная гипертензия, сахарный диабет 2 типа на инсулинотерапии и выраженный сосудисто-метаболический коморбидный фон. Течение заболевания потребовало выполнения трахеостомии, а позднее — гастростомии. На момент осмотра пациентка находилась на постельном режиме; в плане лечения были указаны регулярные повороты в кровати, постоянное использование противопролежневого матраса и специализированное дополнительное питание. Питание осуществлялось через гастростому, мочеиспускание — по уретральному катетеру. В неврологическом статусе определялось хроническое нарушение сознания; пациентка была полностью зависима от ухода. Индекс Бартел составлял 1 балл, показатель по модифицированной шкале Рэнкина — 5 баллов. Риск нарушения кожного барьера дополнительно усиливался дефицитом массы тела, нутритивной недостаточностью и диабетической микро- и макроангиопатией.

Источник анамнестических сведений: медицинская документация и клиническое наблюдение в период пребывания в стационаре.

Результаты обследования

Клиническая оценка включала неврологический осмотр, анализ степени двигательных нарушений, уровня зависимости от ухода, особенностей питания, влажности кожи, наличия недержания, медицинских устройств и сопутствующих состояний, способных ухудшать тканевую перфузию и репарацию. При осмотре фиксировали наличие сухости кожи, эритемы, мацерации, шелушения, локальной асимметрии состояния кожи и видимых признаков повреждения в зонах наблюдения.

Измерения проводили в одних и тех же анатомических точках на протяжении всего периода наблюдения: в области крестца, правой и левой пятки, а также правой и левой лопаточной области. Для оценки состояния кожи использовали прибор Aramo SG (ARAM HUVIS Co., Ltd, Республика Корея), с помощью которого определяли показатели корнеометрии и себуметрии в условных единицах. Для обеспечения сопоставимости результатов протокол исследования предусматривал стандартизацию условий измерения, включая время проведения процедуры, параметры помещения и интервал после нанесения наружных средств. Для показателей корнеометрии и себуметрии, определяемых с использованием прибора Aramo SG в области крестца, пяток и лопаточных областей у маломобильных пациентов раннего восстановительного постинсультного периода, валидированные референсные значения в настоящее время отсутствуют. В связи с этим интерпретацию полученных данных проводили не на основании сопоставления с установленными нормативными порогами, а с учётом исходных индивидуальных значений, их динамики в процессе наблюдения, межзональных различий и клинического состояния кожи в соответствующих анатомических областях.

Исходные клинические характеристики пациентов и основные факторы риска нарушения кожного барьера представлены в табл. 1.

Дифференциальный диагноз

Неприменимо. Представленная работа посвящена клинической апробации динамического мониторинга состояния кожного барьера и не ставила задач дифференциально-диагностического поиска между нозологическими формами.

Лечение

После первичной оценки определяли анатомические зоны повышенного риска давления и выполняли исходную фотофиксацию состояния кожи. В течение последующего 30-дневного периода наблюдения всем пациентам проводили стандартизированный комплекс профилактического ухода, включавший ежедневный осмотр кожи, регулярную смену положения тела с разгрузкой зон давления, позиционную профилактику в виде поворотов в постели каждые 2 часа, постоянное использование противопролежневого матраса, контроль микроклимата и влажности кожи, щадящий гигиенический уход, своевременную смену нательного и постельного белья, а также нутритивную поддержку при наличии показаний.

В составе стандартизированного наружного ухода использовали крем с декспантенолом 5% для наружного применения. Препарат наносили на интактные участки кожи в зонах риска давления (область крестца, правой и левой пятки, правой и левой лопаточной области) 1 раз в сутки, ежедневно в течение 30 дней. Крем распределяли тонким равномерным слоем без интенсивного втирания; фиксированный объём нанесения в абсолютных единицах не использовали.

Нежелательных и неожидаемых явлений, связанных с профилактическими вмешательствами, в течение периода наблюдения не зарегистрировано.

Динамика и исходы

Фотодокументацию выполняли дважды: в начале наблюдения (день 0, D0) и в конце периода наблюдения (день 30, D30) при соблюдении единых условий съёмки. С учётом дизайна серии клинических наблюдений и малого объёма выборки анализ носил описательный характер; основной акцент делали на индивидуальных траекториях ежедневных измерений и сравнении показателей в начале и конце наблюдения.

У пациента М наиболее низкие исходные значения корнеометрии регистрировались в области пяток (по 2,0 у. е.), тогда как в области крестца и обеих лопаток исходные показатели составляли по 3,0 у. е. В ходе наблюдения отмечалась отчётливая положительная динамика во всех исследуемых зонах: в области крестца показатель повысился с 3,0 до 10,0 у. е., в области правой и левой пятки — с 2,0 до 8,0 у. е., в области правой и левой лопаточной области — с 3,0 до 10,0 у. е.; межсторонней асимметрии в парных зонах не выявлялось.

У пациента Л наиболее низкий исходный показатель корнеометрии определялся в области правой пятки (2,0 у. е.); в области крестца, левой пятки и правой лопаточной области исходные значения составляли 3,0 у. е., в области левой лопаточной области — 4,0 у. е. В течение наблюдения отмечалось последовательное повышение показателей во всех зонах, однако динамика носила асимметричный характер. В области крестца корнеометрия увеличилась с 3,0 до 11,0 у. е. В области пяток конечные значения составили 8,0 у. е. справа и 9,0 у. е. слева. Аналогичная асимметрия выявлялась в лопаточной области: показатель в правой лопатке увеличился с 3,0 до 8,0 у. е., тогда как в левой — с 4,0 до 10,0 у. е.

У пациентки Б наиболее низкие исходные показатели корнеометрии регистрировались в области крестца, а также правой и левой пятки (по 2,0 у. е.), тогда как в области обеих лопаток исходные значения составляли по 3,0 у. е. На протяжении периода наблюдения отмечалась постепенная положительная динамика во всех исследуемых зонах. В области крестца показатель повысился с 2,0 до 9,0 у. е., в области правой и левой пятки — с 2,0 до 7,0 у. е., в области обеих лопаток — с 3,0 до 7,0 у. е. Межсторонней асимметрии в парных анатомических зонах не наблюдалось.

Таким образом, у пациентов с полной обездвиженностью наиболее уязвимыми по исходным значениям и наиболее динамичными по изменению корнеометрии были крестец и пятки, тогда как у пациента с асимметричным двигательным дефицитом наряду с общей положительной динамикой сохранялись устойчивые межсторонние различия в парных зонах, особенно в области пяток и лопаток. Показатели себуметрии во всех исследуемых зонах оставались низкими и не демонстрировали клинически значимой динамики, поэтому при интерпретации результатов основное внимание уделяли данным корнеометрии. Индивидуальные траектории изменений показателей корнеометрии отражены (рис. 1, a–i).

Клиническая фотодокументация состояния кожи в наиболее показательных зонах риска давления в начале и в конце периода наблюдения отражена (рис. 2, a–f). При сопоставлении изображений, полученных в начале и в конце периода наблюдения (рис. 2, a–f), во всех трёх наблюдениях кожный покров в представленных зонах оставался интактным. На фоне профилактического ухода отмечалось уменьшение выраженности локальных изменений: снижение гиперкератоза (рис. 2, b), снижение гиперемии (рис. 2, d), нормализация окраски кожи (рис. 2, f). В целом признаков прогрессирования локальных изменений не отмечалось; визуально уменьшались сухость кожи и неоднородность окраски, без формирования эрозивно-язвенных дефектов.

Прогноз

На момент завершения 30-дневного наблюдения во всех трёх случаях кожный покров в исследуемых зонах оставался интактным, а показатели корнеометрии демонстрировали положительную динамику. Вместе с тем пациенты сохраняли высокий базовый риск нарушения кожного барьера в связи с выраженной маломобильностью, неврологическим дефицитом и сопутствующими факторами риска, что требует продолжения индивидуализированного профилактического ухода и динамического наблюдения за состоянием кожи.

Временная шкала

Неприменимо. Цель настоящей работы заключалась в описании динамики показателей кожного барьера в течение стандартизированного периода наблюдения, а не в реконструкции полной хронологии заболевания у каждого пациента.

Мнение пациента (если применимо)

Неприменимо. В серии наблюдений мнение пациентов или законных представителей не собирали в формате, пригодном для публикации.

ОБСУЖДЕНИЕ

Полученные данные позволяют предположить, что ежедневные инструментальные измерения в сочетании с клинической характеристикой пациента могут использоваться для формирования индивидуального профиля риска нарушения кожного барьера. Такой профиль включает не только абсолютные значения показателей, но и их зональную и межстороннюю динамику, связанную с двигательным дефицитом, степенью зависимости от ухода, нутритивным статусом и особенностями распределения механической нагрузки.

По нашему мнению, новизна представленной серии наблюдений заключается в том, что в ней продемонстрирована клиническая осуществимость ежедневного персонализированного мониторинга биофизических параметров кожного барьера в типичных зонах риска давления у маломобильных пациентов раннего восстановительного постинсультного периода на фоне стандартного профилактического ухода. Выявленная межзональная и межсторонняя вариабельность показателей указывает на потенциальную неоднородность локального риска даже у пациентов одной клинической группы.

Следует подчеркнуть, что наблюдение проводилось не в условиях отсутствия профилактики, а на фоне уже реализуемого комплекса стандартных мероприятий, включавших позиционирование, использование поддерживающих поверхностей и контроль влажности кожи. Поэтому полученные данные отражают динамику биофизических параметров кожного барьера в условиях реальной клинической практики, а не в модели искусственно изолированного вмешательства.

Полученные данные согласуются с выводами обзорного анализа о том, что стратификация риска развития повреждений, связанных с давлением, и выявление уже существующих локальных изменений кожи и подлежащих тканей не являются тождественными клиническими задачами [9]. Валидированные шкалы риска используются для первичной оценки и стратификации пациентов по риску развития повреждений, связанных с давлением, однако они не предназначены для прямой оценки локального статуса [13]. В этой связи повторные объективные измерения могут рассматриваться не как альтернатива клинической оценке, а как её инструментальное дополнение [12].

Крестец и пятки относятся к основным анатомическим зонам риска развития повреждений, связанных с давлением [14], тогда как у пациентов с частично сохранённой вертикализацией и выраженной асимметрией двигательного дефицита, по нашему мнению, целесообразно сопоставление симметричных зон, потенциально подверженных неравномерному распределению нагрузки. Следовательно, интерпретация биофизических показателей должна осуществляться не изолированно, а в контексте двигательного паттерна, характера ухода и распределения нагрузки у конкретного пациента.

Отсутствие клинически значимой динамики показателей себуметрии, вероятно, отражает меньшую чувствительность данного параметра к краткосрочным изменениям состояния кожного барьера в изучаемых анатомических зонах. В настоящем исследовании корнеометрия оказалась более информативной, чем себуметрия, однако это наблюдение требует подтверждения в исследованиях с большей выборкой.

Вместе с тем полученные результаты не позволяют однозначно связать положительную динамику корнеометрии исключительно с применявшимся протоколом наблюдения или отдельными профилактическими вмешательствами. Альтернативным объяснением могут быть совокупное влияние стандартного ухода, изменение общего клинического состояния, коррекция нутритивных нарушений и стабилизация локального микроклимата кожи в ходе стационарного лечения. Отсутствие клинически значимой динамики себуметрии также остается неоднозначным и может отражать как ограниченную чувствительность метода в данных анатомических зонах, так и особенности самого изучаемого параметра.

Ограничениями работы являются малое число наблюдений, отсутствие контрольной группы, описательный характер анализа, а также влияние сопутствующих факторов, включая нутритивный статус, выраженность сосудистых и метаболических нарушений, особенности ухода в отдельные дни, использование медицинских устройств и степень стандартизации условий измерения. Дополнительным ограничением является отсутствие валидированных референсных значений корнеометрии и себуметрии для области крестца, пяток и лопаточных областей у маломобильных постинсультных пациентов, что ограничивает возможность интерпретации абсолютных значений показателей вне контекста их индивидуальной динамики.

Для гипотезообразующей серии клинических наблюдений такой дизайн представляется оправданным, поскольку позволяет продемонстрировать клиническую осуществимость метода и его потенциальную информативность в реальной практике.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Представленная серия клинических наблюдений показывает, что динамический мониторинг состояния кожного барьера у маломобильных постинсультных пациентов может быть практически реализован в условиях стационара с использованием ежедневной корнеометрии, себуметрии, клинического осмотра и фотодокументации. Наблюдаемая неоднородность зональной и межсторонней динамики биофизических показателей, вероятно, отражает различия в распределении механической нагрузки, степени двигательного дефицита, зависимости от ухода и выраженности сопутствующих трофических нарушений. Полученные данные подтверждают целесообразность персонализированного подхода к наблюдению за состоянием кожи у пациентов высокого риска. Для преодоления ограничений настоящей работы необходимы проспективные исследования с большей выборкой, стандартизированными условиями измерений, расширенным набором объективных параметров и заранее определёнными клиническими конечными точками.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

-

Вклад авторов

• Воробьева Д.И. — определение концепции, работа с данными, анализ данных, проведение исследования, разработка методологии, обеспечение исследования, визуализация, написание черновика рукописи, пересмотр и редактирование рукописи;
• Гайдина Т.А. — руководство исследованием, пересмотр и редактирование рукописи;
• Дворников А.С. — руководство исследованием, пересмотр и редактирование рукописи.

Все авторы одобрили рукопись (версию для публикации), а также согласились нести ответственность за все аспекты настоящей работы, гарантируют надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой её части.

Благодарности*

-

Этическая экспертиза

Пациенты не являлись участниками клинического (регистрационного) исследования. Лекарственные средства по показаниям, не указанным в инструкции, не применяли. Пациенты или их законные представители подписали информированное согласие на использование обезличенных клинических данных и изображений.

Согласие на публикацию

Авторы получили письменное информированное добровольное согласие законных представителей пациентов на публикацию персональных данных в научном журнале, включая его электронную версию (дата подписания: Январь 2026) Объём публикуемых данных с законными представителями пациентов согласован.

Источники финансирования

Отсутствуют.

Раскрытие интересов

Авторы заявляют об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Заявление об оригинальности

При проведении исследования и создании настоящей статьи авторы не использовали ранее полученные и опубликованные сведения (данные, текст, иллюстрации).

Доступ к данным

Авторы сообщают, что все данные представлены в статье и/или приложениях к ней.

Генеративный искусственный интеллект

При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовали.

Рассмотрение и рецензирование

Настоящая работа подана в журнал в инициативном порядке.

Дисклеймер*

-

 

 

ПРИЛОЖЕНИЯ

-

ТАБЛИЦЫ

Таблица 1. Исходная клиническая характеристика пациентов и факторы риска нарушения кожного барьера

Table 1. Baseline clinical characteristics of the patients and risk factors for skin barrier impairment

Показатель	Клиническое наблюдение 1	Клиническое наблюдение 2	Клиническое наблюдение 3
Пол, возраст	Мужчина, 55 лет	Мужчина, 30 лет	Женщина, 73 года
Основной диагноз	Последствия геморрагического инсульта: таламическая гематома слева с последующим мультифокальным ишемическим поражением	Последствия ишемического инсульта в бассейне левой средней мозговой артерии, состояние после тромбоэкстракции	Последствия геморрагического инсульта правого полушария
Период заболевания	Ранний восстановительный период	Ранний восстановительный период	Ранний восстановительный период
Функциональный статус	Хроническое нарушение сознания, mRS 5, Barthel 0	Правосторонний гемипарез, mRS 3, Barthel 45	Хроническое нарушение сознания, mRS 5, Barthel 1
Уровень мобильности	Полная зависимость от ухода, выраженная маломобильность	Ограниченная маломобильность, асимметрия нагрузки на фоне гемипареза, возможна вертикализация с поддержкой	Крайне низкая мобильность, постельный режим, полная зависимость от ухода
Нутритивный статус	Энтеральное питание через назогастральный зонд	Пероральное питание	Энтеральное питание через гастростому, дефицит массы тела
Медицинские устройства	Трахеостома, назогастральный зонд, уретральный катетер, противопролежневый матрас	Трахеостома, назогастральный зонд	Гастростома, уретральный катетер, противопролежневый матрас
Нутритивная недостаточность	-	-	+
Сухость кожного покрова	+	-	+
Асимметрия нагрузки	-	+	-
Катетеризация мочевого пузыря	+	-	+
Клинически значимые коморбидные состояния	Артериальная гипертензия, ожирение I степени, впервые выявленный сахарный диабет, эпилептический статус в анамнезе, двусторонний тромбоз вен нижних конечностей	Артериальная гипертензия, дислипидемия, гипергомоцистеинемия, двусторонний флеботромбоз, кава-фильтр	Артериальная гипертензия, сахарный диабет 2 типа на инсулинотерапии, диабетическая микро- и макроангиопатия, анемия, хроническая гипонатриемия
Основные факторы риска нарушения кожного барьера	Полная маломобильность, сухость кожи, ожирение I степени, сахарный диабет, высокая зависимость от ухода, риск нарушения микроклимата кожи	Грубый гемипарез, ограниченная подвижность, асимметрия нагрузки, дисфагия, трахеостома, медицинские устройства, потребность в значительной помощи при уходе	Постельный режим, сахарный диабет, дефицит массы тела, нутритивная недостаточность, высокая зависимость от ухода
Ведущий профиль риска нарушения кожного барьера	Максимальный риск длительного давления и высокий риск нарушения барьерной функции кожи	Высокий риск нарушения кожного барьера на фоне ограниченной мобильности, асимметричного распределения давления и использования медицинских устройств	Высокий риск трофической несостоятельности кожи на фоне маломобильности

Примечание. mRS — модифицированная шкала Рэнкина; Barthel — индекс Бартела.

Note: mRS — modified Rankin Scale; Barthel — Barthel Index.

РИСУНКИ

Рис. 1. Динамика показателей корнеометрии в анатомических зонах риска у пациентов серии клинических наблюдений в течение 30 дней.

a–c — пациент М.; d–f — пациент Л.; g–i — пациентка Б.; a, d, g — область крестца; b, e, h — область правой и левой пятки; c, f, i — область правой и левой лопаточной области.

 

Fig. 1. Changes in corneometry values in pressure-prone anatomical areas in patients of the clinical case series over 30 days.

a–c — patient M.; d–f — patient L.; g–i — patient B.; a, d, g — sacral region; b, e, h — right and left heel areas; c, f, i — right and left scapular areas.

 

Рис. 2. Клиническая фотодокументация состояния кожи в наиболее показательных зонах риска давления в начале и в конце периода наблюдения.

a, b — пациент М., область пятки; c, d — пациент Л., область правой лопаточной области; e, f — пациентка Б., область крестца; a, c, e — начало периода наблюдения; b, d, f — конец периода наблюдения.

Fig. 2. Clinical photographic documentation of skin condition in the most representative pressure-prone areas at the beginning and at the end of the observation period.

a, b — patient M., heel area; c, d — patient L., right scapular area; e, f — patient B., sacral region; a, c, e — beginning of the observation period; b, d, f — end of the observation period.

About the authors

Daria Ilinichna Vorobeva

Russian National Research Medical University (Pirogov University); Federal Center of Brain Research and Neurotechnologies of the Federal Medical Biological Agency of Russia

Email: drvorobeva@mail.ru
ORCID iD: 0009-0003-2573-9725
SPIN-code: 1065-1447

PhD student, Department of Dermatovenerology of the Faculty of Medicine named after Academician Yu.K. Skripkin of the Russian National Research Medical University (Pirogov University)

Russian Federation, 1 Ostrovitianova St., Moscow 117513, Russia; 1, building 10 Ostrovitianova St., Moscow 117513, Russia.

Tatyana Anatolyevna Gaidina

Russian National Research Medical University (Pirogov University)

Email: doc429@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0001-8485-3294
SPIN-code: 5216-2059

Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Department of Dermatovenerology of the Faculty of Medicine named after Academician Yu.K. Skripkin of the Russian National Research Medical University (Pirogov University)

Russian Federation, 1 Ostrovitianova St., Moscow 117513, Russia.

Anton Sergeevich Dvornikov

Russian National Research Medical University (Pirogov University)

Author for correspondence.
Email: dvornikov_as@rsmu.ru
ORCID iD: 0000-0002-0429-3117
SPIN-code: 2023-5783

Dr. Sci. (Med.), Professor, Department of Dermatovenerology of the Faculty of Medicine named after Academician Yu.K. Skripkin of the Russian National Research Medical University (Pirogov University)

Russian Federation, 1 Ostrovitianova St., Moscow 117513, Russia.

References

Supplementary files